Обращение взыскания на единственное жилье должника судебная практика

24.12.2015

Ввиду того, что гражданский оборот в РФ с каждым годом становится все более развитым, и все более распространенными становятся различные гражданско-правовые инструменты, в частности, кредиты и займы, все чаще и актуальнее встает вопрос возврата выданных кредитов и займов.

Один из самых надежных инструментов кредитора в борьбе с неплательщиком — это возможность обращения взыскания на имущество должника.

При этом существуют, как внесудебные способы (через судебного пристава-исполнителя), так и различные судебные способы (банкротство, обращение взыскания на жилые помещения и т.д.) обращения взыскания на имущество.

В данной статье рассматривается вопрос возможности обращения взыскания на жилое помещение, принадлежащее гражданину, которое для него является единственным жильем.

Обращение взыскания на имущество должника состоит из его ареста (описи), изъятия и принудительной реализации имущества.

Согласно общему правилу, закрепленному в ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве», взыскание по исполнительным документам обращается в первую очередь на денежные средства должника в рублях и иностранной валюте и иные ценности, в том числе находящиеся в банках и иных кредитных организациях.

В случае же отсутствия у должника денежных средств, достаточных для удовлетворения требований взыскателя, взыскание обращается на иное принадлежащее должнику имущество (включая долю должника в имуществе, которое находится в общей собственности), за исключением имущества, на которое в соответствии с федеральным законом не может быть обращено взыскание.

Таким образом, при исполнении исполнительных документов в отношении граждан взыскание не может быть обращено на имущество, указанное в законе.

Согласно ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на имущество, принадлежащее гражданину на праве собственности, в частности,
на жилое помещение (его части), если для должника и членов его семьи, совместно проживающих в этом помещении должника, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание (в ред. ФЗ от 29 декабря 2004 г. N 194-ФЗ).

А также не может быть обращено взыскание на земельные участки, на которых расположены объекты, перечисленные в п. 1 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, а также земельные участки, использование которых не связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание (в ред. ФЗ от 29 декабря 2004 г. N 194-ФЗ).

Таким образом, в этом случае закон защищает право должника на жилище.

Т.е. законодатель на сегодняшний день выработал четкую дефиницию в отношении обращения взыскания на жилые помещения: если оно в собственности и является единственным обратить взыскание нельзя, а если является единственным, но при этом является также и предметом ипотеки, то можно.

14 мая 2012 года Конституционный суд РФ вынес Постановление № 11-П, в котором не признал положения ст. 446 ГПК Российской Федерации противоречащими Конституции РФ в силу того, что положения данной статьи направлены на защиту конституционного права на жилище.

Кроме того, Конституционный суд РФ подчеркнул, что обращение взыскания на такое жилое помещение (его части) должно осуществляться на основании судебного решения и лишь в том случае, если суд установит, что оно явно превосходит определенные законом нормативы, а доходы гражданина-должника несоразмерны его обязательствам перед кредитором.

Однако, вопреки расхожим толкованиям, данный судебный акт не отменяет положения о невозможности обращения взыскания на единственное жилье: Постановлением Конституционного Суда РФ абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ признан не противоречащим Конституции РФ, поскольку данное законоположение направлено на защиту конституционного права на жилище не только самого гражданина-должника, но и членов его семьи, а также на обеспечение указанным лицам нормальных условий существования и гарантий их, социально-экономических прав и в конечном счете — на реализацию обязанности государства охранять достоинство личности.

Конституционный Суд РФ в своем Определении последовательно указал, что положения ст. 446 ГПК РФ, запрещающие обращать взыскание не на любое принадлежащее должнику жилое помещение, а лишь на то, которое является для него единственным пригодным для проживания, направлены на защиту Конституционного права на жилище не только самого должника, но и членов его семьи, в том числе находящихся на его иждивении несовершеннолетних, престарелых, инвалидов, а также на обеспечение государством достоинства личности, как того требует ст. 21 Конституции РФ, условий нормального существования и гарантий социально-экономических прав в соответствии со ст. 25 Всеобщей декларации прав человека.

Т.е. по сути Конституционный Суд РФ признал, что если с гражданином-должником в его единственном жилье проживают лица, находящиеся на иждивении, например, несовершеннолетние или инвалиды, то обратить взыскание на такое имущество невозможно.

Необходимо обратить внимание, что данным Постановлением федеральному законодателю исходя из Конституции РФ, и с учетом правовых позиций, изложенных в нем (Постановлении), в целях обеспечения конституционного баланса интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника в исполнительном производстве предложено внести необходимые изменения в гражданское процессуальное законодательство, регулирующее пределы действия имущественного (исполнительского) иммунитета применительно к жилому помещению (его частям), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания, установить критерии, которые позволяли бы определить жилое помещение как явно превышающее по своим характеристикам указанный уровень (площадь помещения — общая и жилая, его конструктивные особенности, рыночная стоимость и т. д.), предусмотреть порядок обращения взыскания на него, а также уточнить перечень лиц, подпадающих под понятие «совместно проживающие с гражданином-должником члены его семьи». Однако данные изменения федеральным законодателем пока не приняты.

Указанная позиция подтверждена и судебной практикой: например, Решение Долгопрудненского городского суда Московской области от 28.10.2013 г. по делу № 2-1154/2013; оставлено без изменения Апелляционным определением Московского областного суда от 09.04.2014 г.

Подобная позиция выказывалась Конституционным Судом РФ и раньше: согласно Определению Конституционного Суда РФ от 17.01.2012 г. № 14-О-О: законодательная регламентация обращения взыскания по исполнительным документам должна осуществляться на стабильной правовой основе сбалансированного регулирования прав и законных интересов всех участников исполнительного производства с законодательным установлением пределов возможного взыскания, не затрагивающих основное содержание прав должника и одновременно отвечающих интересам защиты прав кредитора (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 года N 10-П).

Условия и порядок принудительного исполнения судебных актов закреплены в Федеральном законе «Об исполнительном производстве».

Установив в рамках общего порядка обращения взыскания на имущество должника правило, согласно которому при отсутствии или недостаточности у должника денежных средств взыскание обращается на иное имущество, принадлежащее ему на праве собственности, федеральный законодатель предусмотрел исключение из этого правила, в силу которого на определенные виды имущества должника взыскание обращено быть не может (часть 4 статьи 69 Федерального закона «Об исполнительном производстве»).

В соответствии с частью 1 статьи 79 названного Федерального закона перечень имущества должника-гражданина, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации.

Статья 446 ГПК Российской Федерации содержит исчерпывающий перечень видов имущества граждан, на которое в системе действующего правового регулирования запрещается обращать взыскание по исполнительным документам в силу целевого назначения данного имущества, его свойств, признаков, характеризующих субъекта, в чьей собственности оно находится.

Предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем чтобы — исходя из общего предназначения данного правового института — гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности, данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2007 года N 10-П).

Конституционный Суд РФ неоднократно рассматривал жалобы на предмет соответствия положений ст. 446 ГПК РФ Конституции РФ.

Так, в Определении КС РФ от 04.12.2003 N 456-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Октябрьского районного суда города Ижевска о проверке конституционности абзацев первого и второго пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» указывалось на то, что законодательный запрет на обращение взыскания по исполнительным документам на единственное пригодное для проживания жилое помещение гражданина и членов его семьи не противоречит положениям Конституции РФ.

В Определении указано, что Конституционный Суд РФ не исключает возможности уточнения законодателем такого запрета в рамках уточнения размеров жилой площади, необходимой и достаточной для нормального существования человека. Указанные новеллы так и не были приняты законодателем, что повлекло за собой целую вереницу поданных жалоб в Конституционный суд (далее по тексту – «КС РФ»).

При этом КС РФ в своих последующих Определениях был последователен (см. Определения от 20.10.2005 N 382-О, от 24.11.2005 N 492-О, от 19.04.2007 N 241-О-О, от 20.11.2008 N 956-О-О, от 01.12.2009 N 1490-О-О, от 22.03.2011 N 313-О-О, от 17.01.2012 N 10-О-О). В сложившейся ситуации КС РФ применил принцип разумной сдержанности, под которым понимается умеренность судей Конституционного Суда РФ при принятии решений, требующих внесения изменений в действующее законодательство (см. Особое мнение судьи КС РФ Г.А. Гаджиева к Постановлению от 27.03.2012 N 8-П).

Данный принцип связан с сущностным отличием Конституционного Суда РФ от органов законодательной власти, наделенных полномочиями создавать позитивное законодательство. Судья КС РФ Г.А. Гаджиев в указанном Особом мнении противопоставляет принцип конституционной сдержанности «судейскому активизму», допустимому, по его мнению, лишь в кризисных ситуациях.

Руководствуясь этим принципом, Конституционный Суд РФ в рассматриваемом Постановлении признал соответствующим Конституции РФ установление имущественного иммунитета в отношении единственного жилого помещения, принадлежащего должнику-гражданину.

При этом, как отмечалось выше, суд не исключил возможности корректировки норм закона в последующем, но на сегодняшний день таких корректировок произведено законодателем не было.

Таким образом, на сегодняшний день ни в одной из указанных в законодательстве процедур не предусмотрена возможность обращения взыскания на жилое помещение должника если:

1. Оно является единственным жильем.

2. Оно не является предметом ипотечных обязательств.

И как дополнительную гарантию законодатель установил факт проживания вместе с должником-собственником лиц, находящихся на его иждивении, например, несовершеннолетних, инвалидов и т. д.

Теги:

ведение дел в судахжилищные споры

На практике существуют ситуации, когда у должника-физического лица (индивидуального предпринимателя) нет имущества. Нет имущества, достаточного для погашения требований кредиторов. Кроме единственного жилья. Однако ст. 446 ГПК РФ предусматривает невозможность обращения на такое жилье.

На этом обсуждение вопроса можно было бы прекратить. Кредитор оказывается с неудовлетворенными полностью требованиями и вынужден довольствоваться малым или вообще ничем. Однако в практике арбитражных судов и судов общей юрисдикции есть случаи и способ толкования правовых норм, приводящих к возможности обращения взыскания на единственное жилье.

Все случаи предлагаю условно разделить на две группы. В первой – единственное жилье является предметом ипотеки по нецелевому кредиту (займу); во второй – единственное жилье не было передано в залог. Именно о первой группе пойдет речь.

Однако прежде чем делиться существующей практикой, напомним, что в Постановлении КС РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П разъяснено, что по-прежнему существует имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении единственного помещения. Но формальное, недифференцированное его применение не соответствует тому балансу прав кредитора и должника в существующих общественных отношениях. Существующие изъятия в иммунитете установлены Федеральным законом от 16 июля 1998 г. № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – закон об ипотеке).

По моему мнению, до недавнего времени повсеместно действовал подход, согласно которому обращение взыскания на единственное жилье, являющееся предметом ипотеки, было возможно только в случае целевого кредита (займа). Подобный подход основывался на толковании специальной нормы, содержащейся в п. 1 ст. 78 закона об ипотеке.

Между тем, в Определении СК по гражданским делам ВС РФ от 29 мая 2012 г. № 80-В12-2 п. 1 ст. 78 закона он ипотеке был истолкован в совокупности с п. 2 ст. 6 и п. 1 ст. 50 этого же закона. И был сделан вывод о том, что «обращение взыскания на заложенную квартиру возможно как в случае, когда такая квартира заложена по договору об ипотеке (независимо от того на какие цели предоставлен заем (кредит)), так и по ипотеке в силу закона; наличие у гражданина-должника жилого помещения, являющегося единственным пригодным для постоянного проживания помещением для него и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, не является препятствием для обращения на него взыскания, если соответствующее жилое помещение является предметом ипотеки (договорной или законной)». Указанные выводы содержатся и в более поздних судебных актах ВС РФ, например, в Определении ВС РФ от 6 августа 2013 г. № 24-КГ13-4.

Подобные выводы могут привести к тому, что в случае, если жилое помещение является предметом ипотеки (без разницы какой и в обеспечение какого обязательства), то обратить взыскание на единственное жилье становится возможно. Следовательно, обращение взыскание, переход права собственности от должника на новое лицо, прекращение права пользования жилым помещением приводит к такому пониманию баланса интересов кредитора и должника, когда в выигрыше все же остается первый. Должник же остается без жилья и на улице.

Можно было бы сказать, что вышеуказанное определение является лишь единичным случаем. Либо, что понимание выводов, изложенных в данной статье, неверное. Возможно и такое. Однако я вижу подтверждение изложенному и в других делах, о чем уже сообщил ранее, и не только в практике судов общей юрисдикции.

Помимо изложенного, этот же подход был обнаружен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 26 ноября 2013 г. по делу № А65-15362/2009-СГ4-39, когда суд прямо указал, что из п. 1 и п. 2 ст. 6, п. 1 ст. 50 закона об ипотеке следует, что «залогодержатель вправе обратить взыскание на квартиру, заложенную по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этой квартиры требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, причем независимо от того, на какие цели предоставлен заем (кредит); сам по себе факт наличия у гражданина-должника жилого помещения, являющегося для него и членов его семьи единственным пригодным для постоянного проживания, не препятствует обращению взыскания на него, если оно обременено ипотекой. Пункт 1 ст. 78 закона об ипотеке регулирует лишь особенности прекращения права пользования жилым домом или квартирой при обращении залогодержателем взыскания на них в ситуации, когда дом или квартира были заложены по договору об ипотеке либо по ипотеке в силу закона в обеспечение возврата кредита или целевого займа, предоставленных банком или иной кредитной организацией либо другим юридическим лицом на приобретение или строительство таких или иных жилого дома или квартиры, их капитальный ремонт или иное неотделимое улучшение. Выводы судов о том, что положения указанного пункта устанавливают исполнительский иммунитет в отношении единственного пригодного для постоянного проживания помещения, переданного в ипотеку, ошибочны».

Ловкость рук и никакого мошенничества, наверное, так можно было бы подумать? Тем не менее, толкование правовых норм, допускающих изъятия в иммунитете и обращение взыскания на единственное жилье возможно. Хотя, напомним, что в Постановлении КС РФ от 14 мая 2012 г. № 11-П о таком варианте толкования мы ничего не нашли.

На мой взгляд, такое толкование ст. 6, ст. 50, ст. 78 закона об ипотеке является спорным. Особо в контексте разъяснений КС РФ. Тем более, что суды признают ничтожность договора залога единственного жилья, заключенного в обеспечение обязательств по нецелевому кредиту, займу. А значит, все-таки презюмируется приоритет конституционных прав должника и императивность ст. 446 ГПК РФ. Однако на практике можно все может оказаться иначе, если суд не увидит различий в рассматриваемых делах и схожесть обстоятельств дела приведет к однозначному применению невыгодного для должника толкования.

Каждому участнику гражданского или арбитражного процесса стоит быть активными. Активными в нападении и защите.

Последний законопроект о лишении единственного жилья за долги породил слухи, что россияне, не сумев рассчитаться с кредитором, рискуют собственной квартирой. Однако на деле такие суждения не совсем точные.

Разберемся с нюансами нововведения и уточним, какова реальная практика подобных дел.

Начнем обсуждения юридических моментов, которые содержит закон о лишении единственного жилья за долги – что такое новшество обещает гражданам и в каких случаях вероятен столь неприятный исход. Инициатива предполагает внесение поправок в ГПК, Семейный кодекс и дополнения ФЗ №229. Теперь злостные неплательщики теряют единственную недвижимость на вполне законных основаниях.

С начала 2017 года неплательщики спорят о предложении Министерством Юстиции законопроекта об изъятии единственного жилья

Проект вызвал резонанс в обществе, ведь сегодня 2/3 россиян считаются должниками. Люди критикуют эту инициативу, опасаясь неправомерных решений в пользу кредитора. Отметим, в октябре 2015 года Верховный Суд утвердил разрешение на арест такого имущества граждан. Поскольку подобная мера становилась «сдерживающим фактором», а не эффективным обеспечением прав истца, законодатели сделали еще шаг в этом направлении.

Соответственно, лишение жилья за долги стало реальностью. Однако, как утверждают сотрудники Министерства Юстиции, паниковать рано.

Причинами, побуждающими к разработке проекта, стали громкие процессы последних лет. Известны случаи с неплательщиками, которые располагали коттеджами площадью за 250 м² и отказывались платить кредитору. Причем суд в такой ситуации не мог конфисковать имущество, поскольку недвижимость была единственной собственностью. Теперь же подобные случаи сведены к минимуму.

Новшество предполагает упрощение механизма по отъему жилплощади у злостных должников

Учитывайте, законодатели утвердили конкретные правила, по которым суд вправе принять сторону истца. Эти условия становятся спасением неплательщиков – ведь апеллируя к принятым нормам, человеку удастся отстоять собственность. Рассмотрим детали этой темы на примерах из жизни подробнее.

Теперь перейдем к перечню требований, которые содержит закон об изъятии единственного жилья у должника. Первым условием становится соразмерность задолженности рыночной цене жилой площади заемщика. Правда, в этой ситуации юристы скептически оценивают шансы неплательщиков сохранить право собственности.

Важным условием для принятия подобного решения судом становится размер задолженности, составляющий минимум 5% рыночной цены недвижимости

Такой момент связан с размером долгов в 5% рыночного номинала квартиры и со вторым требованием – целью выплат просроченных платежей. В Минюсте говорят, изъятие единственного жилья за долги вероятно лишь в ситуациях злостной неуплаты социально значимых взносов. К этой категории относят задолженность по алиментам или платежи за причинение ущерба здоровью истца.

Таким образом, банковским заемщикам тут не о чем беспокоится. Кроме того, новшества не коснутся и должников жилищно-коммунального сектора.

Обратите внимание, квартиры, приобретенные по договорам ипотеки, становятся исключением. В подобных ситуациях отстоять жилплощадь удастся единицам заемщиков. Третье правило – соответствие габаритов жилья минимальным государственным нормативам.

Еще одно требование — двойное превышение минимально установленной нормы жилплощади на человека

Здесь юристы поясняют, что дома должников, превышающие минимум в два раза минимальную норму для жилья, попадают в «группу риска». Сегодня эта цифра колеблется в пределах 14–18 м² на человека и определяется регионом проживания. Соответственно, неплательщик, проживающий один в квартире площадью в 70 м², утратит собственность.

Согласно Конституции РФ, конфискация единственного жилья за долги нарушает базовое право граждан. Соответственно, законодатели разработали и механизмы компенсации. Должнику планируется передача средств на приобретение жилища, минимально соответствующего действующим нормативам. Иными словами, крупногабаритную квартиру в центре неплательщики сменят на комнату, расположенную на окраине города.

«Взамен» государство предоставляет должнику деньги на приобретение жилья с меньшей площадью либо пригодное для жизни помещение, если гражданин не сумел купить квартиру самостоятельно за 3 месяца

На эти действия закон отводит 3 месяца. При невозможности приобретения жилплощади средства потребуется вернуть государству.

Деньги же, вырученные с реализации дома, пойдут на возмещение ущерба кредитора. В случаях, когда заемщику не удается купить недвижимость самостоятельно, государство обязуется выделить этому человеку жилищную площадь. Правда, здесь уместно рассчитывать на квартиру или комнату в строении барачного типа либо домах старого фонда.

Как видите, разработан действующий карательный механизм, позволяющий повысить процент возврата долгов. Однако этот вариант вряд ли способен решить проблему с нарастающим числом неплательщиков. Положительной новостью для граждан становится отсутствие правовых инструментов конфискации собственности в счет погашения банковских займов и задолженности коммунальным службам.

Проект вызвал резонанс среди юристов и рядовых граждан

Минус же инициативы – принудительное взыскание единственной жилплощади у должников по выплатам алиментов. Суммы, которые становятся предметом спора в подобных случаях, вряд ли сравнятся с номинальной ценой недвижимости. Юристы же отмечают вероятные проблемы в отстаивании жилья таких людей.

Теперь разберемся с алгоритмом обращения взыскания на единственное жилье должника. Судебная практика таких дел пока мала, поэтому определить вероятные перспективы сложно. Отметим, до конца 2016 года юристы называют единичные ситуации, когда вопрос решался в пользу кредитора. Однако для реализации подобных мер предусмотрен конкретный порядок действий.

Такие решения принимает суд, а выполняют сотрудники исполнительной службы

Первым этапом тут служит обращение кредитора в суд с просьбой возместить материальный ущерб. Цель подобных прошений – обеспечение сохранности имущества должника и последующая продажа квартир за долги. Принятие решения о столь суровых приемах – прерогатива суда. Чтобы запустить механизм, пристав ходатайствует о применении такой меры. Затем выносится решение об аресте собственности или одобряется реализация единственного жилья должника.

Напомним, процедура наложения ареста успешно используется в судебной практике с октября 2015 года. Правда, ограничение прав в этой ситуации не означает утраты собственности неплательщика.

Учитывайте, с момента вынесения постановления у ответчика месяц на обжалование вердикта. Если процесс не запущен, к работе приступают инспекторы исполнительной службы. Обратите внимание, обращение взыскания на квартиру должника судебная практика допускает лишь при отсутствии у неплательщика иной ликвидной собственности, за счет реализации которой удастся погасить недоимку.

Первый визит в жилье неплательщика предполагает опись, оценку и арест. Соответственно, с момента подписания акта, составленного приставом, гражданин теряет право распоряжения недвижимостью. Процедура согласования стоимости жилплощади продолжается и в зале суда. Причем в подобных ситуациях неплательщику целесообразно настаивать на увеличении номинальной стоимости квартиры.

После оценки и ареста квартиры, жилплощадь реализуется на открытом аукционе

Прения по оцениванию длятся до 15 суток. Затем суд выносит окончательное решение, которое позволяет кредитору выставить жилье на открытые торги. Отметим, тут стартовая цена дома снижается до 70–85% применимо к рыночному номиналу. Отсутствие желающих приобрести такую собственность – повод для месячного перерыва и последующего снижения стоимости еще на 10%.

В ситуациях с успешной продажей недвижимости, должнику потребуется освободить занимаемую площадь на протяжении двух недель.

Если же покупатели не появляются, суд допускает неплательщика к проживанию в квартире, не снимая ареста с этого помещения. Через год состоится повторный аукцион. Учитывайте, что такие обстоятельства предоставляют ответчику время, чтобы заключить мировое соглашение с кредитором на реструктуризацию платежей либо полное погашение долгов.

Как отмечено выше, сделки с финансовыми структурами, основанные на залоговой собственности, становятся исключением. Соответственно, люди, оформляющие ипотеку, лишаются единственной квартиры. В этой ситуации не произошло изменений, и сохранить дом, который приобретался по такой схеме, вряд ли удастся.

Учитывайте, что для заемщиков, которые заключали соглашения ипотеки, правила не изменились

Отметим, «лазейкой» для заемщиков с ипотекой остается ходатайство органов опеки, если в квартире зарегистрированы несовершеннолетние граждане РФ, не имеющие иных вариантов для проживания. Правда, окончательное решение тут остается за судьей, который вправе и проигнорировать подобные обстоятельства.

Изменения законодательства, по уверениям специалистов Министерства Юстиции, затронут исключительно злостных должников, которые обременены социально значимыми обязательствами. Требования о соразмерности задолженности реальной стоимости жилплощади и габариты квартир, не укладывающиеся в установленные параметры «две минимальных площади на человека», оставляют неплательщику шансы оспорить просьбы истца.

Новые правила ужесточили законодательство, и теперь неплательщику потребуется приложить максимум усилий, чтобы сохранить жилплощадь

Однако тут целесообразно учитывать, кредитор не упустит возможности покрыть причиненный убыток подобным образом. Если приведенная в публикации схема «законного изъятия квартир» провалится, не исключена инициация процедуры банкротства заемщика. Причем в этой ситуации должник рискует тем же имуществом, а алгоритм взыскания пройдет по сходному алгоритму.

Обратите внимание, безвыходные обстоятельства и попадание граждан в долговую яму – следствие беспечного отношения к деньгам и жизни «одним днем».

Избежать вероятных рисков удастся при грамотном планировании бюджета и коммуникации с кредитором. Привычка жить «не по средствам» приводит к плачевному итогу. Поэтому перед оформлением ссуды, обеспеченной единственной квартирой, уместно просчитать и вероятные последствия. Что касается иных категорий неплательщиков, тут юристы и экономисты рекомендуют вовремя отслеживать и погасить начисленные недоимки.

​Если руководствоваться общими правилами обращения взыскания, то аресту и последующей реализации с торгов подлежит любое имущество должника, находящееся в его собственности, в пределах размера долга. Однако из этого правила есть исключение – единственное жилье, правомочность обратить взыскание на которое полностью ограничена, кроме случаев нахождения этого жилья в залоге и взыскания по обеспеченному этим залогом долга.

До последнего времени ограничительное положение закона фактически применялось и к аресту имущества, и к процедуре взыскания за его счет (продажа и погашение из полученной суммы долга). Такой подход приводил к неоднозначным трактовкам со стороны судов, приставов и юристов, нередко становясь предметом судебных разбирательств во всех инстанциях. Однако, какими бы ни были юридические позиции, общераспространённая практика была однозначной: постольку, поскольку нельзя на единственное жильё обратить взыскание, нельзя, а точнее нецелесообразно, производить и его арест.

Все изменилось в ноябре 2015 года, с принятием Постановления Пленума Верховного Суда РФ, в котором были даны разъяснения по вопросам правоприменения в рамках исполнительного производства и, в частности, относительно правомочий по аресту и обращению взыскания на единственное жилье должника.

Своим постановлением Верховный Суд поставил в этом вопросе точку – да, могут. Такие действия со стороны приставов признаются правомочными, невзирая на то, является ли жилье для должника единственным.

Арест единственного жилья рассматривается как обеспечительная мера, предусматривающая наложение ограничений по распоряжению недвижимостью в пределах срока, пока должник не погасит задолженность в полном объеме. Запрет распоряжения единственным жильем распространяется не только на осуществление сделок, но и на прописку и (или) вселение каких-либо лиц после наложения ограничения. Формально за заемщиком-должником и членами его семьи останется только право проживать в квартире (доме) и пользоваться жильем. Здесь следует учесть, что даже если должник сменит свою регистрацию и сам выселиться из арестованного жилья, статус последнего никак не измениться и не приведет к снятию ограничительных мер.

Чем можно объяснить такое решение суда?

  • Во-первых, положение закона (ст.446 ГПК), ограничивающие обращение взыскания на единственное жилье, и без разъяснений высшей судебной инстанции касалось исключительно взыскания, а принятые для его обеспечения меры – формально другая процедура, предшествующая процедуре взыскания. Надо сказать, что и ранее некоторые судебные приставы применяли арест единственного жилья в качестве обеспечительной меры, правда, далеко не всегда суды шли им навстречу и не отменяли по жалобам должников наложение этих мер. Поэтому широкой практики применения подобного рода действия приставов не имели.
  • Во-вторых, правило «единственного жилья» очень часто становилось камнем преткновения и лишало кредиторов хоть какой-то возможности принудить должника исполнить свои обязательства. Тогда как многие заемщики-должники жили отнюдь не в «хрущевках», а дорогостоящих загородных домах. При этом успевали до принятия иных обеспечительных мер создать все условия, чтобы применить их было попросту не к чему. Понимая, что в суде по жалобе должника все равно будет принято решение о снятии ареста с дома, приставы ничего не предпринимали, даже если об аресте жилья поступало соответствующее заявление кредитора. В результате должник вполне мог распоряжаться своей недвижимостью как угодно, а все устные и письменные требования о погашении долга – успешно игнорировать.

Разделив понятия «арест единственного жилья» и «обращение взыскание на единственное жилье», Верховных Суд фактически подтвердил уже имеющуюся законодательную норму и превратил ее действие в обязательную правоприменительную практику. Одновременно с этим была разрешена и проблема злоупотребления должниками своим правом. Сохраняя статус собственника, они теперь обязаны соблюдать юридическую сохранность и целостность своего жилья, не действуя себе во благо, а в ущерб интересам кредитора.

Решение об аресте единственного жилья должника и конкретных ограничительных мерах принимает пристав – это его право. Решение можно оспорить в суде, но вероятность выигрыша дела невелика.

Среди возможных вариантов оспаривания:

Такие возможности были и раньше. Но их реализация после разъяснений Верховного Суда, скорее всего, серьезно усложнится.

Согласно закону стоимость арестованного имущества (любого) должна быть соразмерна сумме долга. Таким образом, если задолженность составляет, скажем, 100 тысяч рублей, а стоимость жилья – несколько миллионов, то несоразмерность очевидна. Однако Верховный Суд допускает, что в исключительных случаях несоразмерность арестованного имущества и долга может не приниматься во внимание. Пример такой ситуации – указанный выше случай проживания должника в дорогостоящем коттедже. В то же время оспаривание ареста единственного жилья на основании того, что у должника есть иное имущество, за счет которого может быть исполнено взыскание, вполне способно привести к выигрышу судебного процесса. Правда, в подобного рода ситуациях Верховный Суд перекладывает на должника необходимость представлять приставам соответствующие сведения о наличии такого имущества, формально снимая с приставов обязанность разыскивать его для целей принятия или непринятия решения о наложении ареста на жилье.

В настоящее время пока трудно говорить о том, какова будет судебная практика рассмотрения споров, обусловленных применением ареста по отношению к единственному жилью собственников. Не исключено, что и сами должники будут искать лазейки для обхода новых правил, что представляется потенциально возможным, даже без нарушения закона. Арест жилья, находящегося в статусе сложной собственности (доли, совместно нажитое супружеское имущество, оспариваемая собственность), вполне может создать условия для многочисленных споров. Но исходя из позиции Верховного Суда, что, правда, было характерно деятельности судебных приставов и ранее, какие бы не возникали споры, основное бремя доказывания своей позиции и незаконности действий приставов ляжет на должников, проживающих с ним членов семьи, других зарегистрированных в жилье лиц и (или) совместных собственников.

В части возможности наложения ареста и обращения взыскания на единственное жилье, состоящее в залоге (ипотека), ничего не изменилось. Предпринять меры к погашению долга за счет залоговой недвижимости – право банка, которое в зависимости от особенностей ипотеки может быть реализовано самостоятельно или на основании судебного решения. 

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
Добавить комментарий